Экс-министр природы Оренбургской области рассказал в суде, как его родители брали в лизинг премиальный внедорожник и почему перестали платить
Предысторию можно почитать по ссылке.
По словам Александра Самбурского, история, ставшая предметом обвинения, началась с семейной необходимости и совпала с экономической нестабильностью и пандемией. Идея приобрести Lexus исходила якобы от отца министра в конце 2019 года.
– Он сказал, что ожидаются большие проблемы с поставками автомобилей, и поэтому это выгодно сделать сейчас. Кроме того, уже начинался существенный рост цен на автомобили.
АО «ОГЛК», которым руководил тогда Андрей Стрепков, занималось лизингом сельскохозяйственной техники. Однако устав компании позволял заниматься и коммерческим лизингом автомобилей.
Самбурский посоветовал отцу обратиться в АО. Экс-министр подчеркивает, что просил Стрепкова провести проверку фирмы матери «Адонис» и заключить договор «обязательно на общих условиях».
Договор был заключен сроком на 5 лет. Стоимость автомобиля составляла чуть более 7,7 млн рублей, а общая сумма выплат по договору должна была превысить 9,5 млн рублей.
Ситуация изменилась в 2020 году. Согласно показаниям Самбурского, компания «Адонис» временно закрылась в связи с пандемией. Летом того же года Стрепков сообщил о первых задержках платежей. Бывший министр обещал напомнить родителям о необходимости выплат.
В 2021 году ситуация с неплатежами повторилась. Подсудимый объяснил это тем, что у организации возникли проблемы с помещением — бизнес-центр, где они располагались, также был закрыт из-за пандемии, а перспективы открытия были неясны. При этом Самбурский утверждает, что, согласно договору, лизингодатель имел право изъять автомобиль в случае несвоевременной оплаты, но стороны пытались решить вопрос без крайних мер.
– Стрепков сказал, что понимает сложившуюся ситуацию. Он прокомментировал, что машина — дорогостоящий актив, а «ОГЛК» ничего не теряет, поскольку стоимость машины уже на тот момент превысила стоимость её выкупа и процентов. Но при этом он заметил, что платежи до конца срока нужно закрыть, чтобы не нести репутационные риски.
Новый виток проблем, по словам Самбурского, наступил в августе 2022 года, когда его сестра сообщила о серьезном заболевании матери. Он уведомил об этом Стрепкова, пообещав, что задолженность будет погашена до окончания срока договора (апрель 2025 года) им лично, если родители не смогут этого сделать. По версии подсудимого, после сентября 2022 года и до апреля 2024 он с руководителем лизинговой компании к этому вопросу не возвращался — тот не напоминал о платежах.
В апреле 2024 года произошла встреча, запись которой, как утверждает Самбурский, он сделал сам, опасаясь провокаций. По его словам, на ней Стрепков предлагал ему деньги для закрытия вопроса, в то время как сам подсудимый настаивал на юридическом решении — привлечении третьей стороны для выкупа кредита.
В итоге автомобиль был изъят у матери подсудимого и реализован. По данным, приведенным Самбурским, цена составила около 10,5 млн рублей, что существенно выше первоначальной стоимости приобретения.
– Ущерб компании причинен не был, что подтверждается показаниями самого Стрепкова и документами о продаже. Ни я, ни мои родители не получили никакой имущественной выгоды от пользования автомобилем. Выгодные условия родителям не предоставлялись. Кредит предоставлялся на общих условиях.
Также он сказал следующее:
– Я не понимаю, если согласно обвинению моим родителям дана взятка в виде безвозмездного бесплатного пользования автомобилем, то зачем Стрепкову предлагать мне денежные средства на встрече? Если мне уже дали взятку бесплатного пользования, что же он так стремится мне всучить денежные средства, чтобы закрыть этот автомобиль?
Самбурский настаивает на том, что никогда не угрожал Стрепкову, не поднимал вопросов о продлении его трудового договора или проведении проверок, а все возникавшие вопросы пытался решать в рамках устных договоренностей.
Видео лучше грузится здесь
