3 СЕНТЯБРЯ — ДЕНЬ, КОГДА МЕМ ПОБЕДИЛ ПАМЯТЬ?
Евгений ДОДОЛЕВ, журналист
Я, признаться, всегда относился к Шуфутинскому с той долей снобизма, которую позволяет себе старый журналист, ещё видевший юного Мишу Ефремова трезвым. Так вот, впервые я услышал его в том самом заокеанском «Арбате», куда меня затащил мой хороший приятель Марк Рудинштейн. К слову, композитор «Третьего сентября» Игорь Крутой там тоже был. Не уверен, что этот хит тогда исполнялся, но «песня совсем не о том».
Михаил Захарович ещё не был иконой: иконами становятся посмертно или после третьего развода. Был просто эмигрантом с бархатным голосом и водочным прищуром. А мы снисходительно улыбались: ну шансон, ну тоска по Родине. Кто ж знал, что через 30 лет «рябиновый хит» станет интернет-праздником?
Но вот незадача. 3 сентября в России — это День окончания Второй мировой войны и День солидарности в борьбе с терроризмом. Беслан. Школа, заложники, слёзы, кровь. И тут же: «Я календарь переверну, и снова третье сентября». Весёлые гифки с Риком Россом, рябиновые аллеи в Бузулуке и комедийный сериал, который эту дату обыгрывает. Вопрос, который время от времени всплывает в соцсетях: не кощунство ли это?
Давайте посмотрим правде в глаза. Мем — это демократичная зараза. Он не выбирает даты, он выбирает рифму. А рифма «сентября» с «календарём» оказалась настолько точной (сочной?), что фольклор просто не мог пройти мимо (мне про рифму автор текста Игорь Николаев рассказал). Просто массовое бессознательное, которое нашло повод для улыбки в начале осени. И это, настаиваю, есть абсолютная правда нашего времени: мы живём в эпоху, когда мем может перевесить мемориал.
Шуфутинский, как человек разумный, от мемов отмахивается. «Нет у меня любимых картинок», — говорит он. И правильно делает. Потому что, если бы начал возмущаться, его бы тут же съели, как съедают всех, кто пытается отнять у публики бесплатную радость. Ему, по сути, всё равно, что там в календаре, — он поёт о том, что у него на душе. А душа у него, как у любого артиста старой закалки, — это набор клише и искренних интонаций. Искренность, кстати, в шоу-бизнесе — валюта, которую не принимают ни в одном обменнике, но без которой гастроли проходят скучнее.
Мне кажется, что наша память устроена хитро. Мы не забываем Беслан, потому что он — это боль, которая не лечится мемами. Но мы также имеем право на абсурдную, глупую, человеческую радость оттого, что осень начинается с улыбки, а не только со вздоха. И если кто-то пытается запретить шутить 3 сентября, он автоматически превращает траур в обязаловку, а это ещё хуже. Потому что единственное, что хуже обязательного траура, — это обязательная весёлость.
Мы уже это проходили.
Так что я, как старый циник, скажу так: пусть 3 сентября остаётся «праздником рябины». Потому что только в нашей стране, где реальность постоянно игнорирует сценарий, такое соседство становится не просто возможным, а неизбежным. И если вы перевернёте календарь, вы увидите все три даты. Какую выбрать — решать вам. Нам, по сути, ничего не остаётся. Разве что перевернуть календарь и посмотреть, что там дальше.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции
